Верховный суд определит границы защиты от взыскания для наследственной недвижимости банкротов

Верховный суд (ВС) РФ определит, могут ли дети умершего банкрота рассчитывать на получение в наследство недвижимости в качестве единственного для них жилья, если у второго родителя она есть, но личная, ипотечная и небольшая.

Такой вопрос судебная коллегия по экономическим спорам (СКЭС), согласно картотеке ВС РФ, будет рассматривать на примере дела о несостоятельности Романа Просекова. Он летом 2021 года подал на банкротство из-за долгов по кредитам на 1,25 млн рублей.

В день признания банкротом Просеков умер, свидетельствуют материалы дела – это произошло 16 августа 2021 года. Из имущества он оставил жилой дом площадью 108,3 квадратного метра на земельном участке в 10,69 соток в Сургуте (ХМАО). Родители Просекова отказались от своей доли в наследстве в пользу внуков – его двух детей, один из которых несовершеннолетний, указано в материалах дела.

Финансовый управляющий умершего рассчитывал продать эту недвижимость, установив начальную цену в 2,24 млн рублей. В свою очередь мать наследников, бывшая супруга банкрота Наталья Просекова, действуя как их представитель, попыталась добиться исключения дома и земельного участка из конкурсной массы, указывая на то, что это единственное пригодное для жизни ее детей жилье. Она пыталась убедить суд, что в рассматриваемом случае наследственная недвижимость должна защищаться исполнительским иммунитетом на основании статьи 446 Гражданского процессуального кодекса РФ, которая запрещает обращать взыскание на единственное жилье должников, если оно не заложено в ипотеку.

Просекова сообщила, что она вместе с детьми живет в квартире площадью 29,1 квадратного метра, которая не отвечает признакам единственного пригодного для проживания помещения ввиду недостаточности площади для всех членов семьи. Кроме того, как отмечала заявительница, эта квартира находится в ипотеке, сумма долга по кредиту составляет 1,4 млн рублей и в случае обращения взыскания на нее наследники банкрота останутся без жилья.

Арбитражный суд ХАМО-Югры отказался исключать недвижимость из конкурсной массы. Он исходил из того, что правила об исполнительском иммунитете в данном случае неприменимы, поскольку наследники зарегистрированы и постоянно проживают у матери. Не имеет значения и недостаточная площадь ее квартиры, решил суд.

«В процедуре банкротства, должник, его универсальный правопреемник в пределах наследственной массы, должен претерпевать неудобства, а не получать те же блага, что и лица, не находящиеся в такой процедуре», – говорится в решении суда.

Иной подход, по его мнению, нарушит баланс интересов конкурсных кредиторов и наследников должника в пользу последних. Апелляция и кассация с этими выводами согласилась.

Теперь Просекова и ее сын пытаются оспорить исход тяжбы в ВС РФ. Дополнительно к уже помянутым аргументам они, в частности, приводят доводы о том, что дети не имеют права на квартиру матери, которая является ее личной собственностью. Поэтому она не может быть признана жильем детей, в том числе единственным пригодным для их проживания.

«Отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма», – приводится в материалах дела аргумент заявителей.

Этот довод перекликается с позицией Конституционного суда (КС) РФ, который ранее в контексте изъятия единственного, но «роскошного» жилья должников, говорил о необходимости приобретения им за счет конкурсной массы более скромного жилища, которое будет «площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления на условиях социального найма, и в пределах того же поселения, где эти лица проживают».

Судья Ирина Букина сочла эти доводы достаточными для передачи жалобы на рассмотрение СКЭС ВС РФ. Заседание назначено на 17 июня.

T.ME/DOMINFORM